c6171987

Стаут Рекс - Охота За Матерью



Рекс Стаут
Охота за матерью
1
Дверной звонок раздался сразу после одиннадцати, во вторник в начале
июня, я вышел в холл, посмотрел сквозь стеклянную, прозрачную только с моей
стороны панель и увидел то, а, скорее, ту, кого и ожидал увидеть: женщину с
удлиненным лицом, с немного слишком большими серыми глазами, с чуть-чуть
более тонкой фигурой, чем требовалось по самым высоким оценкам. Я знал, кто
она, поскольку во второй половине дня понедельника она нам звонила, и мы
условились о встрече. Мне была знакома ее внешность, потому что я несколько
раз видел ее в театрах и ресторанах.
Кроме того, я достаточно много знал о ней, в чем мне, отчасти помогла
печать, отчасти -- слухи. Поэтому я мог кратко проинформировать Ниро Вулфа,
не прибегая ни к каким поискам. Это была вдова Ричарда Вэлдона, писателя,
умершего около девяти месяцев назад -- он утонул в чьем-то плавательном
бассейне в Винчестере -- после чего четыре его книги стали бестселлерами, а
одна -- "Никогда не мечтай снова" -- вышла тиражом более одного миллиона
экземпляров по цене пять долларов девяносто пять центов, и поэтому счет от
частного детектива не должен был волновать нашу посетительницу.
Пять или шесть лет тому назад Ниро Вулф прочитал "Никогда не мечтай
снова" и сразу же избавился от этой книги, отдав ее в библиотеку. Но захотел
достать последнюю книгу Вэлдона "Его собственный образ", и вскоре она заняла
место на книжной полке Ниро Вулфа. Это и послужило причиной того, что теперь
он приподнял свою тушу со стула -- я ввел миссис Вэлдон в кабинет, а Вулф
продолжал стоять, пока она не села в красное кожаное кресло, стоявшее у
письменного стола. Я направился к своему столу и сел, не ожидая услышать
ничего любопытного. Миссис Вэлдон сообщила по телефону, что хочет всего лишь
проконсультироваться с Вулфом о чем-то сугубо личном, но сейчас по ее виду я
бы не сказал, что ее ограбили или причинили какой-то вред. Скорее всего,
речь пойдет о чем-то ординарном, вроде анонимного письма или исчезнувшего
родственника. Поставив сумочку на подлокотник, она огляделась.
Взгляд ее больших серых глаз на мгновение остановился на мне, потом она
повернулась к Вулфу и сказала:
-- Моему мужу понравилась бы эта комната.
-- Миссис, -- сказал Вулф, -- а мне понравилась одна из его книг, но с
оговорками. Сколько ему было, когда он умер?
-- Сорок два.
-- А сколько лет вам?
Этот вопрос предназначался мне. Все дело в том, что у Вулфа есть три
убеждения: а) враждебное отношение Вулфа к женщинам лишает его возможности
что-нибудь понять даже в простеньких экземплярах; б) мне достаточно провести
хотя бы час с любой из них, чтобы дать точное определение; и в) чтобы не
затруднять себя, нужно задать женщине несколько резких и неуместных
вопросов. А его любимый вопрос: "Сколько вам лет?" Как женщина на него
прореагирует -- это и позволит верно судить о ней.
Люси Вэлдон выбрала наиболее верное решение. Она улыбнулась и сказала:
-- Достаточно много, даже слишком. Двадцать шесть. Это настолько много,
что можно определить: ты нуждаешься в помощи... поэтому я и здесь. То, что я
намереваюсь рассказать, сугубо... сугубо конфиденциально, -- она взглянула
на меня. Вулф кивнул:
-- Так всегда говорят. Такова наша профессия. Но мои уши -- это уши
мистера Гудвина, а его уши -- мои. А что касается конфиденциальности, то я
не думаю, что преступление, которое вы совершили, было чересчур серьезным.
Она улыбнулась снова. Правда, улыбка лишь мелькнула и тут же исчезла,
но все же эт